https://www.facebook.com/1519209298100947/

Natalja Moiseikova, Riga (2026)

20/04/2026

В ПОНЕДЕЛЬНИК НЕ ПО ДЕЛУ

#впонедельникнеподелу

18/04/2026

Субботний киноклуб

АПРЕЛЬ

«Хороший дом», производство Польша, 2025 год.

Сразу хочу сказать, что это очень тяжёлый фильм о домашнем насилии. Особо чувствительных прошу не читать дальше и, тем более, не смотреть.

В начале фильма мы знакомимся с молодой, красивой, сияющей, жизнерадостной женщиной Госькой. Женщина даёт интернет-уроки английского языка и знакомится в сети с мужчиной, с которым начинается переписка. Она живёт с токсичной мамой, которая не даёт ей прохода, обесценивает, унижает, оскорбляет, постоянно критикует и подавляет. А знакомство с мужчиной развивается очень быстро. И женщине кажется, что именно эти отношения спасут её от домашнего ада. После очередного скандала с матерью Госька переезжает к Гжешеку. Казалось, жизнь налаживается.

Но постепенно забота мужчины превращается в тотальный контроль - ограничения, ревность, давление. Постепенно Госька становится зависимой от Гжешека — эмоционально и психологически. А он всё больше проявляет свою власть через манипуляции, давление, психологическое и физическое насилие.

Идеальный дом, а за закрытыми дверями живут не партнёры, а хищник и его жертва. Мы видим, как женщина превращается в комок страха. Как постепенно из неё уходит жизнь. Как исчезает уверенность, голос, желания. Остаётся только тревога, подчинение и попытка выжить.

Режиссёр Войцех Смаржовски необычно преподносит эту историю. Две линии переплетаются, счастье и насилие. Вначале от этого действительно кружится голова, как в реальности, когда человек уже не понимает, где любовь, а где опасность.

Получилась очень реалистичная история про домашнее насилие и от этого становится ещё страшнее. Потому что понимаешь, такое происходит не где-то далеко, а совсем рядом. В обычных домах. За закрытыми дверями.

Это тема, о которой не принято говорить громко. Но режиссёру удалось очень точно и болезненно показать, через какие ужасы может проходить человек внутри абьюзивных отношений. Часто жертвы домашнего насилия молчат.

И молчат очень долго — из страха, стыда, беспомощности, надежды, что всё изменится, а иногда потому что сама не понимает во что превратилась жизнь. Если вы замечаете что-то похожее рядом: страх, контроль, изоляцию, подавленность, важно не оставаться в стороне. Иногда даже простой разговор, внимание, поддержка могут стать для человека первым шагом к выходу.

Потому что переживать такой опыт в одиночестве страшнее всего.

Автор: Наталья Моисейкова - психолог, гештальт-терапевт

17/04/2026

С кем вы сейчас «едете»?

С нарциссическим партнёром вы в поездке, в которой всё должно выглядеть идеально.
Маршрут — престижный, машина — безупречная, картинка — на зависть. И вы рядом — часть этого образа. Но если вдруг перестаёте «вписываться», можно неожиданно оказаться на обочине и увидеть фонари заднего вида.

С пограничным человеком — вы едете по неровной дороге.. То разгон, то торможение, то повороты, к которым не успеваете подготовиться. Много эмоций, много напряжения — и почти нет возможности просто ехать спокойно.

С тревожным партнёром поездка превращается в постоянную проверку. Всё ли в порядке, не опасно ли, хватит ли бензина, где ближайшая заправка, а запаска точно есть в багажнике, а точно ли мы туда едем? И даже на ровной дороге сложно расслабиться.

С шизоидным — как будто вы движетесь рядом, но не вместе. Каждый в своей машине. Контакт есть, но приблизиться по-настоящему невозможно.

С истерическим типом это заметная, яркая поездка. Важно, чтобы было видно, слышно, эмоционально, с эффектом. Скорость и впечатление часто важнее устойчивости.

С зависимым партнёром за рулём чаще всего оказываетесь вы. Вы выбираете дорогу, держите направление, следите за движением. А рядом человек, который держится за вас, но не берёт управление на себя.

С депрессивным — это дорога, где движение даётся с усилием. Как будто машина едет, но тяжело, словно что-то постоянно тянет назад. Мало энергии и дышится с трудом.

С психопатическим типом сначала может казаться, что вы в надёжных руках. Уверенное движение, ощущение силы и контроля. Но постепенно становится ясно, что вы не влияете не только на маршрут – вообще ни на что.

А если вы едете один — это совсем другое состояние. Вы сами выбираете дорогу, скорость и остановки. Иногда в этом есть одиночество. И именно здесь появляется возможность понять, куда вам действительно хочется ехать.

Автор: Наталья Моисейкова - психолог, гештальт-терапевт

16/04/2026

В процессе обсуждения зависимости/созависимости у многих возникает вопрос: «И что, прямо так вот взять и бросить? Это же сын/муж/жена/дочь/родитель (и т.п.)».

Дело в том, что тут включается рассуждение из разряда «все или ничего». Либо я полностью погружен в проблемы и за все отвечаю в этом мире, либо я вообще не трогаю никого и мне на все наплевать. На самом деле, когда говорят об отсоединении от зависимого, имеют в виду прекращение сверхвовлеченности в его проблемы. Здесь я хочу отметить, что этот процесс избыточного вовлечения имеет более широкое распространение, чем связь с зависимыми. Например, это характерно для тех пар, где изменяет один из партнеров. Другой партнер может сверхвовлекаться в проблему контролирования неверного.
Что значит сверхвовлеченность
Это:
— повышенная забота, когда больше заботятся о другом, чем о себе. А если и о себе заботятся, то это для того, другого;
— потребность в постоянном контроле другого (куда пошел, что делает, о чем думает, кому звонит);
— жизнь зависит не от внутренних потребностей и желаний, а от желаний и потребностей другого.
С одной стороны, это все может быть довольно логичным, исходя из того, что «в дом пришла беда».
С дрогой стороны – существует «маленький нюанс». Если ты полностью живешь чужой жизнью, и твоя голова занята проблемами другого и его контролем, то что же с тобой?
А, как правило, эта жизнь во вне приводит к тому, что свою собственную жизнь созависимый перестает контролировать.
И в свою очередь, если ты не контролируешь свою жизнь, как ты собираешься контролировать жизнь других?
На самом деле из этого созависимый начинает создавать хаос вокруг себя. Он не может контролировать ни себя, ни своего партнера. Все его попытки что-то «починить» в отношениях приводят к их ухудшению.
Чем больше и быстрее ты гонишься за другим, тем быстрее он от тебя убегает.
Этот хаос вокруг и понимание, что все вокруг против тебя, не добавляют хорошего настроения. Но в ответ на это неудобство созависимые только еще больше нагнетают контроль и заботу.
Иногда бывает так, что, когда их спрашиваешь о самочувствии, они отвечают «мы» и, при этом, рассказывают о чувствах зависимого, как о своих. Это как будто зависимый и есть тот эмоциональный орган, который реагирует.
Тут, опять же, стоит вернуться назад и вспомнить, что это поведение выучено с детства. Человек не научен жить и общаться с миром по-другому. Его связь с окружающими идет через проблемы других.
Это хронические помощники и альтруисты, которые когда не находятся в процессе решения проблем окружающих, раздачи советов исправления мира – чувствуют себя пустым местом. То есть, они не могут не быть альтруистичными помощниками, потому что, в противном случае, они будут никем.
Часто эта вынужденность объясняется с точки зрения высоких идеалов. Они говорят, что главное в жизни счастье – «быть кому-то нужным». Все равно кому, все равно для чего.
Но сами себе не редко не нужны. Низкая самооценка заставляет смотреть сквозь себя и не заглядывать себе в лицо слишком пристально. Только другой может дать ощущение, что ты существуешь на свете.
Так вот, против отсоединения созависимые очень часто выступают потому, что в случае прекращения вовлечения в проблемы других, им придется иметь дело с собой и со своими проблемами, которые они часто не готовы решать.
Отсоединение – это, в первую очередь, освобождение себя от чужих проблем, от контроля других людей и взятия за них ответственности. Это взятие ответственности за себя, контроля за собственной жизнью и решение своих собственных проблем. Ну и, кроме того, это реализация собственных желаний и жизнь собственной жизнью.
Да, бывает такое, что люди, отсоединившись от своего партнера, разводятся. Это случается из-за осознания того, что единственным соединяющим звеном между супругами была зависимость одного и созависимость другого. Когда же созависимость остается позади, то и ничего общего не остается.
И еще надо осознать одну вещь. Если вы постоянно пытаетесь решить проблему других, значит, вы не даете возможность решать проблему другим. У них никогда не будет потребности решать свои проблемы самим, потому, что это делают другие.
Старайтесь держать свои руки от проблем других, соблюдайте «здоровый нейтралитет». Можно любить, помогать и поддерживать, но не сходить с ума по поводу этого.
Если кто-то считает, что это эгоизм, то напомню фразу, которую часто вспоминают в отношении созависимости:
«Если Господь завещал возлюбить ближнего, как самого себя, то если вы себя не любите и не заботитесь о себе, какое качество любви вы можете дать ближнему?»
Не имея практики любви к себе, часто люди создают вокруг себя хаос и разрушения. Не потому, что они такие злодеи. Потому, что у них нет знаний о том, как строить.

Автор: Наталья Стилсон

14/04/2026

Петля абьюза

Абьюзер никогда не «допивает» свою жертву до конца, не доводит до полной потери терпения. Он мучает ее, злоупотребляет, подчиняет себе, но внимательно следит за тем, чтобы она не истощилась. Паразит заинтересован в выживании и силах хозяйского организма, чтобы питаться им на протяжении жизни. По чудовищной аналогии абьюзер заинтересован в ресурсности и постоянстве своего партнера.
Поэтому создается петля зависимости, находясь внутри которой, вообще невозможно понять, что происходит и назвать это одним именем.

Был нормальный человек, внимательный и заботливый. Порой даже пугающе внимательный, душительно заботливый. Но он объясняет это неуемностью своего чувства, силой любви. Кстати ими же объясняются гневные вспышки («я просто испугался за тебя, за наши отношения»), сильная ревность («я боюсь тебя потерять»), уходы в игнор («я столько делаю, а ты опять чем-то недовольна).
В результате жертва чувствует себя неправильной, неблагодарной. Но поскольку она не понимает как «правильно», а признаться в этом не может, то делает то, что скажет партнер.

Интересно то, почему она не может признаться. Вам когда-нибудь доводилось оказываться в ситуации, когда вы не расслышали собеседника, просите повторить, но снова не расслышали? Стыдясь своей «глухоты» или нетолерантности к его «каше во рту», вы робко переспрашиваете в третий раз. И, представьте себе, снова не поняли. Тогда просто соглашаетесь с тем что есть, стараясь поскорее замести этот дурацкий эпизод под половичок.

С жертвой абьюзера происходит почти то же самое. Только ее «собеседник» намеренно неясен. Его стратегия — создать видимость объяснения, исказив все важное, напичкав двусмысленностями. И тогда виноват тот, кто не понял. Охотно виноват. Особенно, если родители, вместо того, чтобы в детстве контейнировать его чувства, многозначительно подкатывали глаза.

Так жертва оказывается в зависимости. Она что-то делает для «общего блага», не понимает, что и зачем, а спрашивать небезопасно (слишком уж не хочется подкатанные глаза видеть). Например, увольняется с работы, сидит дома. Сужается круг общения.

Абьюзер заинтересован в том, чтобы у его жертвы было мало внешней поддержки, а лучше, чтобы не было вообще. Ее одну он может контролировать, а вот других людей, которые могут задать «лишние» вопросы вряд ли. Встречаются с друзьями они исключительно вместе. И на этих встречах он просто душка. Внимателен, почтителен, галантен и ароматен. Жертва слышит в свой адрес «Ах как тебе повезло!», «Ты такая счастливая!». А ей, бедной, и возразить-то нечего. Приходится объяснять осунувшееся лицо авитаминозом. Потому что настоящие причины слишком сложны, неуловимы, необъяснимы и похожи на бред.

Итог таков, что жертве снова нечего предъявить абьюзеру. Как она может сказать, что он запрещает ей с друзьями общаться? С ума что ли сошла? Позавчера только общались все вместе, и он сам, между прочим, это организовал.

Абьюзеры мастерски умеют предугадывать желания своих жертв и предвосхищают их. Например, он чувствует, что жертва истощается и уже скоро начнет «выяснять отношения». Это опасная зона, так как есть угроза, что она вырвется. Поэтому, он не дает ей заикнуться о том, что она соскучилась без друзей, а сам приглашает их, опережая ее претензию.

Бедняжка опять с чувством вины. Как она несправедлива! Ведь можно подумать о нем плохое, когда он соорудил такой праздник?

Чувство вины - это узел той самой петли. За его пределы невозможно выйти. Когда абьюзер чувствует, что жертва близка к истощению (а, значит, к пробуждению, ведь боль разбудит кого угодно), то снова «подсыпает снотворное». Он «кормит» ее, попадая точно в потребность, и вместе с кормом внушает что она плохая и неблагодарная. Накормленная жертва чувствует радость сытости («наконец-то!») и вину за сомнения. На этом можно протянуть еще какой-то кусок времени до нового цикла.

Иногда, когда абьюзер «перегибает палку», жертва может он него уйти. Но пока она очнется и научится черпать силу в самостоятельности, он успеет подползти на коленях с самым душераздирающим раскаянием. Вернувшаяся жертва будет жить несколько месяцев в сладкой вате, все больше убеждаясь, что ее бегство — импульсивная дурость.

Итак, общий вид петли зависимости в абьюзивных отношениях таков:

1.Отсутствие нормальной поддержки в детстве потенциальной жертвы помогает абьюзеру легко вычислить и прицельно очаровать ее.

2. Он сказочно хорош первые месяцы отношений, его любовь не гаснет, а только сильнее распаляется. Из-за этой любви все его безумства, крики, ревность и даже насилие. Вина за это приписывается жертве. Она всегда «меньше любит», а, следовательно, больше виновата.

3. На энергии этой вины начинается подчинение жертвы себе. Абьюзер мягко, но настойчиво отстраняет ее руки от всех рычагов управления, уверяя, что так будет лучше. Почему именно отвечает так, чтобы невозможно было понять. Жертва, привыкшая не понимать, потому что никто с ней не был ясен, ведется.

4. Пока она покорна — он ласков. Но покорности требуется все больше, свободы решать — все меньше. Жертва начинает копить недовольство, задумываться, искать поддержки. Но, как выясняется, ее контакты стали ограничены, а она и не заметила как. В итоге, абьюзер заслоняет собой весь мир.

5. Попытка вырваться или изменить это гасится мастерски подогнанным обвинением.

6. Время от времени жертва «подкармливается» хорошим отношением. На исходе сил или просто профилактически. Так она никогда не «заканчивается», потому что продолжает виноватиться и не понимать.

7. Далее снова пункт 3.
Из этого очень трудно выйти в одиночку. И я как раз пытаюсь объяснить почему. Многие крутят у виска, слушая истории жертв абьюзеров, недоумевая, как можно было позволять так с собой обращаться. Они что слепые?
Нет, не слепые. Они просто не чувствительны к насилию, как я уже писала в своей прошлой статье про абьюз. Однако, если насилие они чувствуют не всегда, то недоумение постоянно. И если решить побыть в нем подольше, есть шанс рассмотреть ужасную картину своей ситуации. Думая об этом, все время вспоминаю интернет-шутку десятилетней давности, где под задумавшейся собачкой красовалась надпись «Ближе всех к истине тот, кто не понял».
Автор: Анастасия Звонарева.

09/04/2026

Общество привыкло видеть абьюз в одной, очень удобной форме:
мужчина – тиран,
женщина и дети – всегда жертвы.
Это настолько укоренилось в обществе, что многие просто перестали замечать другую сторону реальности.
А она существует.
Женщина-абьюзер не выдумка и не редкость. Просто об этом говорят гораздо меньше – не принято.
Насилие не имеет пола.
Женщина точно так же может:
• унижать,
• обесценивать,
• манипулировать,
• изменять,
• контролировать
• и наказывать.
Более того, ей это даже проще делать, потому что социальные стереотипы работают только в ее пользу.
Мужчинам крайне сложно признаться, что они находятся в отношениях с агрессором. Их не воспринимают как возможных жертв.
Им говорят:
''поставь свою женщину на место''
''ты не мужик''
''каблук''
Многие мужчины остаются в разрушительных отношениях годами, их просто никто не воспринимает как возможных жертв.
Да, статистика показывает, что женщины чаще становятся жертвами тяжелого физического насилия и убийств со стороны партнеров.
Но это не отменяет реальности.
Мужчины также подвергаются эмоциональному, психологическому, финансовому и даже физическому абьюзу, и им некуда, да и просто стыдно обратиться за помощью.
Женщины-абьюзеры обладают определенными чертами:
• неспособность к эмпатии,
• выраженная способность к убеждению,
• способность манипулировать,
• выраженная потребность в контроле,
• страх потерять власть в отношениях.
Если в таких отношениях есть дети, они неизбежно оказываются внутри той же самой атмосферы контроля, обесценивания и конфликтов.
Они видят, как строится близость и постепенно усваивают эту модель как норму.
Психологически такие отношения строятся вокруг нескольких устойчивых механизмов:
• тотальный контроль,
• подавление автономии мужчины,
• эмоциональные качели,
• постоянное смещение ответственности,
• постепенное разрушение самооценки.
Среди женщин-абьюзеров можно выделить несколько поведенческих типов.
Один из самых распространенных типов – контролирующая женщина:
Она постепенно ограничивает пространство партнера
• проверяет телефон,
• требует отчеты,
• вмешивается в круг общения,
• ставит условия.
Сначала это выглядит как забота и вовлеченность, но со временем превращается в систему тотального контроля.
Второй тип – унижающая и обесценивающая:
Такая женщина постоянно подтачивает самооценку партнера
• шутки с ядом,
• сарказм,
• сравнения с другими мужчинами,
• намеки на его несостоятельность.
Со временем мужчина начинает сомневаться в себе и постепенно принимает навязанную ему роль неудачника.
Эмоциональный манипулятор:
В этих отношениях все построено на чувстве вины. Любой конфликт разворачивается так, что виноватым оказывается муж. Когда такая женщина что-то захотела и не получила, она мгновенно начинает
• плакать,
• обвинять,
• уходить в демонстративную обиду,
• шантажирует суицидом,
• собирает вещи,
• наказывать молчанием.
В результате мужчина начинает постоянно чувствовать вину и пытаться исправляться, хотя изначально абсолютно ни в чем не виноват.
Отдельная категория – агрессивный абьюзер:
Здесь уже появляются прямые вспышки ярости
• крики,
• оскорбления,
• битье посуды,
• кидание предметов,
• физическое насилие.
И это происходит намного чаще, чем принято думать, просто мужчины не рассказывают об этом.
И есть еще один тип – публично идеальная, приватно разрушительная:
Внешне она может выглядеть заботливой женой и прекрасной матерью, но дома действует совершенно иначе. Здесь присутствует все вышеперечисленное, плюс:
• систематическое унижение партнера,
• обесценивание,
• финансовое давление или требования,
• провокации конфликтов,
• нескрываемые измены,
• параллельные переписки.
Это один из самых тяжелых вариантов абьюза, потому что окружающие не поверят жертве никогда.
Репутация абьюзера работает как щит.
Возникает закономерный вопрос: почему мужчина остается в отношениях с абьюзивной женщиной?
С клинической точки зрения здесь редко работает один фактор. Обычно речь идет о сочетании нескольких механизмов.

Первый – гиперответственность за систему семьи.
У многих мужчин роль ‘’держателя конструкции‘’ встроена очень рано. Он должен сохранять семью, обеспечивать, выдерживать конфликты.
Когда партнерша ведет себя разрушительно, мужчина часто интерпретирует это не как абьюз, а как проблему в семье, которую он обязан стабилизировать. Он начинает регулировать ее настроение, избегать триггеров, сглаживать конфликты, что постепенно превращается в позицию хронического эмоционального обслуживания женщины.

Второй – толерантность к агрессивному женскому поведению.
Культура значительно мягче относится к женской агрессии. Крики, унижение, пощечины, истерики нередко воспринимаются как женская эмоциональность.
Мужчина не квалифицирует происходящее как абьюз и остается внутри ситуации дольше.

Третий – юридико-социальная асимметрия вокруг детей.
Когда в семье есть дети, мужчина понимает, что при разрыве они наверняка останутся с матерью.
Для многих это сильнейший удерживающий фактор. Он может терпеть давление, чтобы сохранять доступ к детям и влияние на их жизнь.

Четвертый – репутационный риск.
Мужчина понимает, что в конфликте общественное мнение чаще автоматически становится на сторону женщины.
Это касается бытового окружения и юридических процедур. Поэтому он может избегать эскалации и предпочитать оставаться внутри системы.

Пятый – экономическая или административная зависимость.
В таких семьях именно женщина управляет финансами, социальными контактами, бытовой организацией, что создает дополнительный уровень зависимости и усложняет выход из отношений.

Самая большая ошибка – продолжать верить, что насилие возможно только в направлении женщин.
Пока общество держится за этот упрощенный сценарий, огромное количество людей (мужчин, детей, пожилых) остается без поддержки и понимания.

Насилие не исчезает от того, что о нем не принято говорить, оно просто становится невидимым.
Абьюз – не вопрос силы или пола. Это проблема психики и динамики власти в отношениях. И пока мы продолжаем смотреть на нее через гендерные стереотипы, часть жертв будет оставаться вне поля зрения.

Автор: Эва Майер

07/04/2026

Притча о токсичности и уме...
В заячью нору заползла змея. Зайцы испугались, но она их успокоила:
— Не бойтесь меня, мне так одиноко, у меня нет друзей, и я хотела бы дружить с вами. Я мудрое создание и мне есть чем поделиться.
— Хорошо, — сказали зайцы и стали общаться со змеей. Они провели в разговорах весь вечер, а потом змея укусила одного из зайцев и уползла.
На другой день она вернулась.
— Не прогоняйте меня! — попросила она, — мы же друзья и нужно принимать друг друга такими, какие мы есть. Я — змея, жалить — моя природа. Но я постараюсь больше этого не делать.
— Хорошо, — согласились зайцы и все повторилось. Змея рассказывала зайцам мудрые притчи, а потом укусила другого зайца и уползла.
Когда змея приползла снова, вход в нору загораживал камень. Змея долго уговаривала зайцев помириться, но они не согласились.
— В мире глупцов умный всегда одинок, — прошипела змея и уползла, обиженная предательством друзей.
Вот так умные токсичные люди могут все перевернуть в свою пользу. Если вас ранят, даже если это самые умные существа на свете, не пускайте их в свою нору...

Автор неизвестен

06/04/2026

В ПОНЕДЕЛЬНИК НЕ ПО ДЕЛУ
#впонедельникнеподелу

02/04/2026

ВСЕСТОРОННИЕ ЛИКИ ДОМАШНЕГО НАСИЛИЯ

Пару лет назад среди ночи меня разбудил крик женщины, ей явно грозила какая-то нешуточная опасность. Вслед за этим криком, раздался крик мужчины, ужасающий, угрожающий, словно обезумевший. Это продолжалось довольно долго, доносились они из одной из соседних квартир. Зная всех своих благочестивых соседей, я не могла поверить, в то, что слышала. Мы с мужем уже говорили о том, что наверное нужно вызывать милицию, судя по звукам, женщине грозила реальная опасность. Но вдруг все затихло. Все члены этой семьи, уважаемые и интеллигентные люди, имеющие высокий уровень образования, вполне достойные внешне люди.

Внешнее благополучие семьи вовсе не означает, что внутри не творится кошмар. Уровень дохода, образование, отсутствие вредных привычек, прекрасные отзывы с места работы вовсе не гарантируют отсутствие насилия в семье. Оно расползается по различным социальным группам и слоям населения. В соответствии с исследованиями ООН и ВОЗ, каждая третья женщина на Земле является жертвой насилия. Чем выше уровень положения в социуме семьи, тем чаще проблему принято скрывать. Это не обсуждается, не выносится за стены дома, замалчивается из-за страха осуждения, тем самым давая хорошую основу для её развития и продолжения.

Как правило женщина ставшая жертвой в своей семье с деструктивными, тираническими отношениями уже неплохо знает эту роль, и как в ней существовать. В её родительской семье так или иначе практиковалось подобное общение, она наблюдала, жила в страхе, возможно спасала и...мечтала и говорила себе, что никогда не создаст подобные отношения. На самом деле, мужчина, которого она встречает, выглядит довольно привлекательно: он чрезмерно заботлив и обворожителен, внимателен, красиво ухаживает и говорит, пытается защитить её практически от всего мира, контролирует её день, обрушивая бесконечные звонки, смс, проверяя контакты, обрушиваясь с незапланированными визитами. Все это воспринимается как обворожительная забота и внимание. Наконец-то нашёлся человек, о котором я мечтала всю жизнь! Шероховатости есть, но они объясняются тем, что он любит, заботится, хочет быть вместе...

Постепенно хорошие моменты смазываются, начинают чередоваться все более яркими звоночками. Но наша культура такова, что мы привыкли оправдывать, обвинять себя, прощать: “бьет - значит любит”, “милые бранятся - только тешатся”.

Социальные предрассудки и отсутствие полноценной правовой защиты являются мощным сдерживающим фактором. Для получения помощи, как правило нужны свидетельства и вещественные доказательства, которых как правило нет. А домашние насильники очень искусно ведут себя на людях, и заподозрить их в совершении преступлений практически невозможно.
Существует два заблуждения на тему насилия:

Первое - роль жертвы присуща только женщине. Но имеет место быть эмоциональное и психологическое насилие со стороны женщин. Например, когда жена болезненно отслеживает, что происходит в телефоне мужа. Такое поведение рассматривается под призмой любви, но это не что иное, как болезненная привычка контроля (если мы конечно не говорим о подорванном доверии, но и в этих случаях подобное поведение никаких положительных результатов не даст). Отдельная тема - физическое насилие в отношении ребёнка. И здесь женщина может выступать в форме агрессора, одновременно занимает роль жертвы с партнером.

Второе - зачастую насилием считается физическое воздействие, но это не верно, оно многолико: эмоциональное манипулирование, контроль над времяпровождение партнера, контролирование расходов, ограждение и изоляция от друзей и знакомых, словесное оскорбление - все это попадает под определение насилия.

Насилие - это систематический процесс, направленный на осуществление контроля над другим человеком, с применением эмоциональных, физических, экономических и других мер воздействия.
Случай из практики: "В одной семье муж регулярно, серьезно избивал жену, обращения в органы правопорядка не давали должного результата, доказательств не было, соседи молчали. Дошло до того, что однажды пошло в ход оружие, и только тогда были приняты меры. В той истории все обошлось без физических жертв, хотя если брать во внимание сломленную психику женщины и ребенка, ставшего невольным свидетелем происходящего..."

Оправдание, привычка “так жить и терпеть”, надежды на лучшее (ведь агрессоры часто извиняются, клянутся в раскаянии), квартирный вопрос, наличие детей, боязнь отсутствия поддержки и осуждения со стороны родных и знакомых - все это является сдерживающими факторами для принятия решения со стороны жертвы. Часто, при попытках поделиться, женщина слышит отнюдь ни слова сочувствия, а фразу - “чего тебе ещё надо, такого мужика отхватила, ещё чем-то не довольна”. Ведь на людях домашние агрессоры по-прежнему выглядят в довольно в выгодном свете. Они заботливы, внимательны.

Ещё одна проблема домашнего насилия - это вовлечённость в абьюз не только жертвы и агрессора, но и других членов семьи, которыми чаще всего становятся дети, с присутствием которых насильник не считает необходимым считаться. Они являются невольными свидетелями насильственных действий в отношении матери или других близких ему людей, получая сильнейшую психологическую травму, по силе сравнимую с той, которую получает сама жертва.

Случай из практики: "Мы жили с бабушкой, она работала врачем. Пока бабуля была дома, все было спокойно, но когда она уходила на ночное дежурство в больнице, отец позволял себе совершенно безобразное поведение. Он мне напоминал Бармалея из сказки про Буратино. Мне было страшно за маму, но я ничего не могла сделать, это было ужасно. Я плакала и просила маму развестись, но она лишь молчала..."

Мальчики, в детстве ставшие свидетелями домашнего насилия, вырастая, в большинстве случаев выбирают в своей семье схожие способы общения. У девочек же существует больший шанс стать жертвой. Хотя не редки случаи, когда женщина занимает одновременно роль жертвы с партнером и агрессора в отношении ребенка.

Домашнее насилие как правило имеет цикличность, проходя свои стадии:
Нарастающее напряжение, вспышки гнева и оскорблений со стороны агрессора. Жертва обычно в эти моменты занимает спокойную, оправдывающую поведение партнера позицию (неприятности на работе, усталость).

Острая, динамично развивающаяся фаза насилия: крайняя эмоциональность, разрушительные воздействия.

Стадия затишья, с попытками примирения. Cо стороны агрессора можно увидеть повышенное внимание к жертве и слова раскаяния в произошедшем. Он может обвинять жертву в провокации, пытается вернуть партнершу (в случае её ухода). И жертва обычно верит, предполагает и свою вину.
Однако, произошедшее 1-2 раза, будет повторяться снова и снова, с той лишь разницей, что промежутки между срывами будут сокращаться, а жертва и пассивные участники будут жить в постоянном страхе, напряжении и ожидании нового ужаса.

Помните, что это может случиться во многих семьях, вы не одиноки. Внешнее благополучие семьи вовсе не означает, что внутри неё не творится кошмар.

Жертва никогда не несет вины и не провоцирует обидчика на действия словами или действиями. Любое поведение может запустить агрессивную реакцию. Виновен всегда только обидчик, т.к. среди многообразия существующих реакций на поведение жертвы, он выбирает именно взаимодействие тирана и жертвы.

Случай из практики

Natalja Moiseikova

20/04/2026

18/04/2026

17/04/2026

16/04/2026

14/04/2026

09/04/2026

07/04/2026

06/04/2026

02/04/2026

Address

Website

Alerts

Contact The Practice

Shortcuts

Share

Category