13/06/2021
"Кода дети учатся пересекать улицу, им говорят: «Остановись. Посмотри. И иди». Это все. Но как часто мы останавливаемся? Мы мчимся по жизни. Мы не останавливаемся. Мы упускаем эту возможность, потому что не останавливаемся. Мы должны остановиться. Мы должны успокоиться. И мы должны строить знаки остановки в нашей жизни».
Быстрый темп жизни против движения Slow life: что такое «культура замедления», когда она появилась, как связана с буддийской идеей осознанности и эпикурейским призывом Carpe diem.
Мы привыкли, что кофе готовится быстро, такси приезжает за считаные минуты, а полет на другой континент — лишь часть дел из списка на целые сутки. Мы, словно дети, наблюдающие за всемирным ускорением, находимся под воздействием невероятных информационных потоков. Мир, в котором мы оказались, не такой, каким он был предыдущие тысячелетия. Стираются географические и временные границы, меняются ценности, но покоя и счастья не становится больше. И все сложнее справляться с посредственностью нашей эпохи. Почему приятные на первый взгляд достоинства быстрой жизни вызывают отторжение и не находят согласия с человеческой природой? Поговорим о качестве, осмысленности и удовольствии, которые выявляют главный смысл философии «медленной» жизни.
Еда всему виной
Началось все в Италии конца 80-х годов, когда в центре Рима, рядом с Площадью Испании, собрались открывать первый в стране ресторан McDonald’s. Тогда страстный противник быстрого питания, журналист и политический деятель, Карло Петрини в знак неодобрения придумал по-настоящему итальянское решение: организовать на той же площади традиционный прием пищи, где главным блюдом станет паста. В день открытия Петрини и его последователи смело размахивали чашами со спагетти в качестве символа протеста. Демонстрация прошла успешно, но McDonald’s все же появился на площади. Правда, их букву «М» сделали в несколько раз меньше, чем планировали — помогли переговоры с властями.
В том же году Италия пережила «метаноловый скандал». После отравления дешевым некачественным вином из провинции Асти около 30 человек умерли и еще 90 стали инвалидами, потеряв, в основном, зрение. Компания Ciravegna di Narzole добавляла в напиток метанол, чтобы повысить содержание спирта, за что в 1992 году ее владельцы Джованни и Даниэль Чиравенья были приговорены к тюремному заключению. Скандал спровоцировал кризис: на одну треть в год снизился вывоз итальянского вина за границу.
К идеи основать «Международное движение медленной еды» (International Slow Food Movement) Карло Петрини привела необходимость создать организацию, которая отстаивала бы гастрономические традиции всех стран мира. Он верил, что культура и история любого народа берет начало от местной еды, а потому кулинарные традиции и рецепты нужно беречь и хранить.
На первом официальном собрании в 1989 году делегаты из 15 стран подписали Манифест движения. Одними из ключевых принципов стали «качество продуктов и вера в право на удовольствие».
«Скорость заковала нас в кандалы. Мы пали жертвами вируса под названием быстрый темп жизни, который ломает наши обычаи и атакует даже в нашем собственном доме, заставляя питаться едой быстрого приготовления», — говорится в Манифесте.
В документальном фильме «История медленной еды» Карло Петрини признается, что больше всего в фастфуде ему не нравится однообразие: «Эскимос ест то же самое, что и марокканец, а марокканец ест то, что ест житель Стокгольма».
Шутливый образ улитки, выбранный в качестве покровителя и символа «Движения медленной еды», отражает идею о здоровом питании, которое приносит чувственное удовольствие. Но это удовольствие возможно только при медленном наслаждении едой, ее вкусом и неторопливом единении за столом.
По мнению Карло Петрини, сейчас производится достаточно еды, чтобы прокормить всех жителей Земли, но эти запасы распределяются абсолютно неравномерно. Получается, два миллиарда людей пресыщены едой, а еще миллиард голодает. И с этим тоже нужно что-то делать.
Тема пресыщения касается не только вопроса еды. Татьяна Черниговская, российский ученый в области нейронауки и психолингвистики, которая в своих лекциях рассказывает об особенностях работы нашего мозга, указывает на новые проблемы, с которым все чаще сталкивается наше сознание в современном мире:
«Если в Советское время главный вопрос был «где найти литературу?», то сейчас — «куда ее деть, как от нее избавиться?». Большой объем информации, который доступен в наше время, не только нельзя обдумать, но и физически нельзя прочесть».
И что тогда делать?
Время великой жизни
Создатели Slow Food уверены: достаточно узнать, что и как человек ест, и сразу станет ясно, в каком ритме он живет. И, если еда отражает наш образ жизни, то он в свою очередь определяется работой нашего сознания.
Основываясь на идеях медленного и качественного питания, движение Slow Life развивалось под большим влиянием Гейра Бертелсена (Geir Berthelsen), создателя «Мирового института медленности», и Карла Оноре (Carl Honoré), канадского журналиста и автора книг о замедлении ритма жизни.
В 2004 году Карл Оноре выпустил книгу «Похвала медлительности» (In Praise of Slowness), в которой писал:
«Философия медленной жизни — это не делать все по-старому, а стремиться делать все на правильной скорости, наслаждаясь часами и минутами, а не просто подсчитывая их. Делать все как можно лучше, а не настолько быстро, насколько это возможно. Речь идет о качестве по количеству во всем, от работы до еды и воспитания детей».
Американское издание The Washington Post даже обратило особое внимание в книге Оноре на способы освобождения от того, что французский поэт Шарль Бодлер называл «ужасным бременем времени» и «преодолением посредственности своей эпохи». В наше время эти способы просты: сократить время просмотра телевизора, выключать телефон и компьютер всегда, когда это можно сделать, научиться выбирать важное и говорить «нет», чтобы не переполнять собственный график в работе и личных встречах. Но все ли готовы на такие жертвы? Карл Оноре предупреждает:
«Все мы связаны, и если человек решает изменить образ жизни, сделав ее медленнее, нужно принять во внимание то, как это повлияет на окружающих людей. Необходимо предупредить друзей и коллег, объяснив, почему вы собираетесь делать меньше, чаще отключать свои электронные устройства и просить больше времени на выполнение рабочих заданий».
В результате мы относимся внимательнее к своей жизни, которая наполняется спокойствием и ощущением полноты настоящего момента.
Резюмируя философию медленной жизни, норвежский философ и профессор Гатторм Флистад как-то заявил:
«Полезно напомнить всем, что наши основные потребности никогда не меняются. Это необходимость быть замеченным и оцененным. Необходимость принадлежать. Необходимость в близости и заботе, а также в маленькой любви! Это дается только через медлительность в человеческих отношениях. Чтобы осмыслить изменения, нам нужно восстановить медленность, размышление и единение. И так мы действительно возобновим себя».
Здесь остается разобраться, что подразумевается под самым главным понятием — «медлительностью». Гейр Бертельсен, имея степень магистра в области промышленной организационной психологии, на протяжении многих лет работал над категорией «Время», рассматривая ее в качестве концепции и изучая влияние времени на мозг. Это привело его к основанию в 1999 году Мирового института медлительности, который определяет «медлительность» как забытое измерение времени.
«В отличие от хронологического времени, это время нелинейное, время здесь и сейчас, время, которое работает для вас, необычное время. Так зачем быть быстрым, когда можно быть медленным? Медлительность связана с балансом, поэтому, если вы должны спешить, то спешите медленно», — говорится на официальном сайте Института.
Мировой институт медлительности не единственная организация, которая поддерживает движение Slow Life. Среди других американский фонд «Продлить мгновение» (Long Now Foundation), европейское «Сообщество замедления времени» (Society for the Deceleration of Time), «Международный институт неделания слишком много» (International Institute of Not Doing Much), а также японский «Клуб неторопливости» (Sloth Club), который, к слову, рекомендует «стать» ленивцем, подражать некоторым повадкам этого животного, чтобы найти способ жить в гармонии с Землей. Все они не контролируют само движение, так как оно является свободным, но борются со всемирным ускорением совместными усилиями.
Строить знаки остановки
Примечательно, что буддизм — одно из основных религиозно-философских учений, которое исповедуют большинство японцев. Именно в буддийской практике любопытно обратить внимание на идею осознанности, которая рассматривается как неотъемлемая часть духовного развития. Буддисты верят, что осознанность по отношению к себе освобождает нас от наших прошлых моделей поведения, а осознание реальности освобождает от заблуждений, которые ведут к страданию и неудовлетворенности.
ПО ТЕМЕ: «Философия буддизма»: лекции Александра Пятигорского об отшельничестве, страдании и Дхарме
Буддийское качество осознанности на английском звучит как «mindfulness», но на санскрите оно имеет три разных слова с различными оттенками значений.
Первое, «смрити» (в русской транскрипции), обычно используется для обозначения состояния, когда мы присутствуем в нашем действительном переживании, в противоположность отвлечению или рассеянности. «Сампраджня» означает «ясное знание», его используют для обозначения идеи, что ты ясно видишь свои цели и отношение между тем, что ты делаешь, и твоей целью. И третье, «апрамада» переводится как «бдительность» — внимательное ограждение себя от неискусных действий тела, речи и ума. Отсюда противоположное этому слово «прамада» — опьянение, беспечность и небрежность. Считается, что последние слова Будды были «Аппамадена сампадетха», что часто переводят как «Продолжайте прилагать усилия с бдительностью».
Джон Кабат-Зинн, доктор в области молекулярной биологии, основатель и директор Клиники работы со стрессом Медицинского центра Университета Массачусетса, является сторонником буддийской концепции осознанности. Профессор верит, что осознанность может открыть для каждого новые измерения благополучия и целостности, мудрости, сострадания и доброты:
«Осознанность — это определенный способ обратить внимание на то, что исцеление, которое является восстановительным, напоминает вам о том, кто вы на самом деле».
Когда мы практикуем осознанность в нашей повседневной жизни, мы меньше подвергаемся влиянию разрушительных эмоций, и это помогает нам находиться в равновесии, которое дает нам большее удовлетворение от работы, отношений с близкими и жизни в целом.
Но можно ли найти эффективный метод, помогающий использовать силу осознанности? Дэвид Стейндл-Раст, католический монах, известный активным участием в работе по взаимодействию между духовностью и наукой, в 2013 году выступил на TED Talks с лекцией «Хочешь быть счастливым? Будь благодарным» (Want to be happy? Be grateful). Он дает такой совет:
«Когда дети учатся пересекать улицу, им говорят: «Остановись. Посмотри. И иди». Это все. Но как часто мы останавливаемся? Мы мчимся по жизни. Мы не останавливаемся. Мы упускаем эту возможность, потому что не останавливаемся. Мы должны остановиться. Мы должны успокоиться. И мы должны строить знаки остановки в нашей жизни».
К первоначальному
Античные мудрецы знали цену времени и порицали бессмысленную суету. Когда Рим победил Грецию войной, ответная страна в свою очередь победила Рим своей культурой, и началось мощное влияние эллинистической цивилизации на римлян. Этика Эпикурейцев учила жить в соответствии с принципом carpe diem (наслаждаться мигом быстротекущей жизни), что стало отражаться и в произведениях древнеримских поэтов, писателей и философов.
«Долгой надежды нить кратким сроком урежь. Мы говорим, время ж завистное мчится: день ты лови, меньше всего веря грядущему», — писал Гораций в оде «К Левконое».
В «Нравственных письмах к Луцилию» Сенека писал: «Все не наше, а чужое, только время наша собственность». И, если время, то самое, в которым мы сейчас пребываем — наша собственность, то в наших силах ей распорядиться.
Немецкий философ Фридрих Ницше еще в 19 веке пришел к убеждению, что человек пагубно удалился от природы, что возвращение к естественному, стихийному, докультурному — единственный путь спасения человека.
И если человека все же нужно спасать, то начать лучше с ложных ценностей. Кристофер Сводер, старший научный сотрудник лаборатории сравнительных социальных исследований НИУ ВШЭ, изучал проблему одиночества. Опираясь на данные Всемирного исследования ценностей, он изучал проблему на примере Москвы и пришел к выводу, что современные горожане вполне могут жертвовать общением ради работы или других, более важных, на их взгляд, целей.
«Одиночество также связано с материальным успехом: люди, достигающие его, меньше ориентированные на традиционные ценности вроде семьи, им ближе короткие знакомства, прагматичные отношения», — говорится в исследовании.
И хотя люди всеми силами стараются убежать от одиночества, включая музыку или телевизор дома, лишь бы не остаться одному, Дмитрий Леонтьев, заведующий лабораторией позитивной психологии НИУ ВШЭ, добавляет:
«Для человека, находящегося на достаточно высоком уровне личностного развития, одиночество может быть ценным ресурсом».
Известное многим выражение о сладостном безделье и восхитительном ничегонеделании — dolce far niente впервые встречается в письмах древнеримского автора Плиния Младшего, датированных между 97 и 109 годами. За все это время веселые и эмоциональные итальянцы довольно преуспели в искусстве наслаждаться свободным временем и сохранять связь с природой. С 2007 года 26 февраля итальянцы со всем миром отмечают Международный день неторопливости, идея которого, кстати, тоже принадлежит им. Надеюсь, нам не потребуется и тысячи лет, чтобы человек начал получать удовольствие от общения с близкими, полноценно отдыхать, жить с удовольствием, готовить и питаться вкусной и правильной едой и заботиться о природе.
"Когда дети учатся пересекать улицу, им говорят: «Остановись. Посмотри. И иди». Это все. Но как часто мы останавливаемся? Мы мчимся по жизни. Мы не останавливаемся. Мы упускаем эту возможность, потому что не останавливаемся. Мы должны остановиться. Мы должны успокоиться. И мы должны строить знаки остановки в нашей жизни».
Быстрый темп жизни против движения Slow life: что такое «культура замедления», когда она появилась, как связана с буддийской идеей осознанности и эпикурейским призывом Carpe diem.
Мы привыкли, что кофе готовится быстро, такси приезжает за считаные минуты, а полет на другой континент — лишь часть дел из списка на целые сутки. Мы, словно дети, наблюдающие за всемирным ускорением, находимся под воздействием невероятных информационных потоков. Мир, в котором мы оказались, не такой, каким он был предыдущие тысячелетия. Стираются географические и временные границы, меняются ценности, но покоя и счастья не становится больше. И все сложнее справляться с посредственностью нашей эпохи. Почему приятные на первый взгляд достоинства быстрой жизни вызывают отторжение и не находят согласия с человеческой природой? Поговорим о качестве, осмысленности и удовольствии, которые выявляют главный смысл философии «медленной» жизни.
Еда всему виной
Началось все в Италии конца 80-х годов, когда в центре Рима, рядом с Площадью Испании, собрались открывать первый в стране ресторан McDonald’s. Тогда страстный противник быстрого питания, журналист и политический деятель, Карло Петрини в знак неодобрения придумал по-настоящему итальянское решение: организовать на той же площади традиционный прием пищи, где главным блюдом станет паста. В день открытия Петрини и его последователи смело размахивали чашами со спагетти в качестве символа протеста. Демонстрация прошла успешно, но McDonald’s все же появился на площади. Правда, их букву «М» сделали в несколько раз меньше, чем планировали — помогли переговоры с властями.
В том же году Италия пережила «метаноловый скандал». После отравления дешевым некачественным вином из провинции Асти около 30 человек умерли и еще 90 стали инвалидами, потеряв, в основном, зрение. Компания Ciravegna di Narzole добавляла в напиток метанол, чтобы повысить содержание спирта, за что в 1992 году ее владельцы Джованни и Даниэль Чиравенья были приговорены к тюремному заключению. Скандал спровоцировал кризис: на одну треть в год снизился вывоз итальянского вина за границу.
К идеи основать «Международное движение медленной еды» (International Slow Food Movement) Карло Петрини привела необходимость создать организацию, которая отстаивала бы гастрономические традиции всех стран мира. Он верил, что культура и история любого народа берет начало от местной еды, а потому кулинарные традиции и рецепты нужно беречь и хранить.
На первом официальном собрании в 1989 году делегаты из 15 стран подписали Манифест движения. Одними из ключевых принципов стали «качество продуктов и вера в право на удовольствие».
«Скорость заковала нас в кандалы. Мы пали жертвами вируса под названием быстрый темп жизни, который ломает наши обычаи и атакует даже в нашем собственном доме, заставляя питаться едой быстрого приготовления», — говорится в Манифесте.
В документальном фильме «История медленной еды» Карло Петрини признается, что больше всего в фастфуде ему не нравится однообразие: «Эскимос ест то же самое, что и марокканец, а марокканец ест то, что ест житель Стокгольма».
Шутливый образ улитки, выбранный в качестве покровителя и символа «Движения медленной еды», отражает идею о здоровом питании, которое приносит чувственное удовольствие. Но это удовольствие возможно только при медленном наслаждении едой, ее вкусом и неторопливом единении за столом.
По мнению Карло Петрини, сейчас производится достаточно еды, чтобы прокормить всех жителей Земли, но эти запасы распределяются абсолютно неравномерно. Получается, два миллиарда людей пресыщены едой, а еще миллиард голодает. И с этим тоже нужно что-то делать.
Тема пресыщения касается не только вопроса еды. Татьяна Черниговская, российский ученый в области нейронауки и психолингвистики, которая в своих лекциях рассказывает об особенностях работы нашего мозга, указывает на новые проблемы, с которым все чаще сталкивается наше сознание в современном мире:
«Если в Советское время главный вопрос был «где найти литературу?», то сейчас — «куда ее деть, как от нее избавиться?». Большой объем информации, который доступен в наше время, не только нельзя обдумать, но и физически нельзя прочесть».
И что тогда делать?
Время великой жизни
Создатели Slow Food уверены: достаточно узнать, что и как человек ест, и сразу станет ясно, в каком ритме он живет. И, если еда отражает наш образ жизни, то он в свою очередь определяется работой нашего сознания.
Основываясь на идеях медленного и качественного питания, движение Slow Life развивалось под большим влиянием Гейра Бертелсена (Geir Berthelsen), создателя «Мирового института медленности», и Карла Оноре (Carl Honoré), канадского журналиста и автора книг о замедлении ритма жизни.
В 2004 году Карл Оноре выпустил книгу «Похвала медлительности» (In Praise of Slowness), в которой писал:
«Философия медленной жизни — это не делать все по-старому, а стремиться делать все на правильной скорости, наслаждаясь часами и минутами, а не просто подсчитывая их. Делать все как можно лучше, а не настолько быстро, насколько это возможно. Речь идет о качестве по количеству во всем, от работы до еды и воспитания детей».
Американское издание The Washington Post даже обратило особое внимание в книге Оноре на способы освобождения от того, что французский поэт Шарль Бодлер называл «ужасным бременем времени» и «преодолением посредственности своей эпохи». В наше время эти способы просты: сократить время просмотра телевизора, выключать телефон и компьютер всегда, когда это можно сделать, научиться выбирать важное и говорить «нет», чтобы не переполнять собственный график в работе и личных встречах. Но все ли готовы на такие жертвы? Карл Оноре предупреждает:
«Все мы связаны, и если человек решает изменить образ жизни, сделав ее медленнее, нужно принять во внимание то, как это повлияет на окружающих людей. Необходимо предупредить друзей и коллег, объяснив, почему вы собираетесь делать меньше, чаще отключать свои электронные устройства и просить больше времени на выполнение рабочих заданий».
В результате мы относимся внимательнее к своей жизни, которая наполняется спокойствием и ощущением полноты настоящего момента.
Резюмируя философию медленной жизни, норвежский философ и профессор Гатторм Флистад как-то заявил:
«Полезно напомнить всем, что наши основные потребности никогда не меняются. Это необходимость быть замеченным и оцененным. Необходимость принадлежать. Необходимость в близости и заботе, а также в маленькой любви! Это дается только через медлительность в человеческих отношениях. Чтобы осмыслить изменения, нам нужно восстановить медленность, размышление и единение. И так мы действительно возобновим себя».
Здесь остается разобраться, что подразумевается под самым главным понятием — «медлительностью». Гейр Бертельсен, имея степень магистра в области промышленной организационной психологии, на протяжении многих лет работал над категорией «Время», рассматривая ее в качестве концепции и изучая влияние времени на мозг. Это привело его к основанию в 1999 году Мирового института медлительности, который определяет «медлительность» как забытое измерение времени.
«В отличие от хронологического времени, это время нелинейное, время здесь и сейчас, время, которое работает для вас, необычное время. Так зачем быть быстрым, когда можно быть медленным? Медлительность связана с балансом, поэтому, если вы должны спешить, то спешите медленно», — говорится на официальном сайте Института.
Мировой институт медлительности не единственная организация, которая поддерживает движение Slow Life. Среди других американский фонд «Продлить мгновение» (Long Now Foundation), европейское «Сообщество замедления времени» (Society for the Deceleration of Time), «Международный институт неделания слишком много» (International Institute of Not Doing Much), а также японский «Клуб неторопливости» (Sloth Club), который, к слову, рекомендует «стать» ленивцем, подражать некоторым повадкам этого животного, чтобы найти способ жить в гармонии с Землей. Все они не контролируют само движение, так как оно является свободным, но борются со всемирным ускорением совместными усилиями.
Строить знаки остановки
Примечательно, что буддизм — одно из основных религиозно-философских учений, которое исповедуют большинство японцев. Именно в буддийской практике любопытно обратить внимание на идею осознанности, которая рассматривается как неотъемлемая часть духовного развития. Буддисты верят, что осознанность по отношению к себе освобождает нас от наших прошлых моделей поведения, а осознание реальности освобождает от заблуждений, которые ведут к страданию и неудовлетворенности.
ПО ТЕМЕ: «Философия буддизма»: лекции Александра Пятигорского об отшельничестве, страдании и Дхарме
Буддийское качество осознанности на английском звучит как «mindfulness», но на санскрите оно имеет три разных слова с различными оттенками значений.
Первое, «смрити» (в русской транскрипции), обычно используется для обозначения состояния, когда мы присутствуем в нашем действительном переживании, в противоположность отвлечению или рассеянности. «Сампраджня» означает «ясное знание», его используют для обозначения идеи, что ты ясно видишь свои цели и отношение между тем, что ты делаешь, и твоей целью. И третье, «апрамада» переводится как «бдительность» — внимательное ограждение себя от неискусных действий тела, речи и ума. Отсюда противоположное этому слово «прамада» — опьянение, беспечность и небрежность. Считается, что последние слова Будды были «Аппамадена сампадетха», что часто переводят как «Продолжайте прилагать усилия с бдительностью».
Джон Кабат-Зинн, доктор в области молекулярной биологии, основатель и директор Клиники работы со стрессом Медицинского центра Университета Массачусетса, является сторонником буддийской концепции осознанности. Профессор верит, что осознанность может открыть для каждого новые измерения благополучия и целостности, мудрости, сострадания и доброты:
«Осознанность — это определенный способ обратить внимание на то, что исцеление, которое является восстановительным, напоминает вам о том, кто вы на самом деле».
Когда мы практикуем осознанность в нашей повседневной жизни, мы меньше подвергаемся влиянию разрушительных эмоций, и это помогает нам находиться в равновесии, которое дает нам большее удовлетворение от работы, отношений с близкими и жизни в целом.
Но можно ли найти эффективный метод, помогающий использовать силу осознанности? Дэвид Стейндл-Раст, католический монах, известный активным участием в работе по взаимодействию между духовностью и наукой, в 2013 году выступил на TED Talks с лекцией «Хочешь быть счастливым? Будь благодарным» (Want to be happy? Be grateful). Он дает такой совет:
«Когда дети учатся пересекать улицу, им говорят: «Остановись. Посмотри. И иди». Это все. Но как часто мы останавливаемся? Мы мчимся по жизни. Мы не останавливаемся. Мы упускаем эту возможность, потому что не останавливаемся. Мы должны остановиться. Мы должны успокоиться. И мы должны строить знаки остановки в нашей жизни».
К первоначальному
Античные мудрецы знали цену времени и порицали бессмысленную суету. Когда Рим победил Грецию войной, ответная страна в свою очередь победила Рим своей культурой, и началось мощное влияние эллинистической цивилизации на римлян. Этика Эпикурейцев учила жить в соответствии с принципом carpe diem (наслаждаться мигом быстротекущей жизни), что стало отражаться и в произведениях древнеримских поэтов, писателей и философов.
«Долгой надежды нить кратким сроком урежь. Мы говорим, время ж завистное мчится: день ты лови, меньше всего веря грядущему», — писал Гораций в оде «К Левконое».
В «Нравственных письмах к Луцилию» Сенека писал: «Все не наше, а чужое, только время наша собственность». И, если время, то самое, в которым мы сейчас пребываем — наша собственность, то в наших силах ей распорядиться.
Немецкий философ Фридрих Ницше еще в 19 веке пришел к убеждению, что человек пагубно удалился от природы, что возвращение к естественному, стихийному, докультурному — единственный путь спасения человека.
И если человека все же нужно спасать, то начать лучше с ложных ценностей. Кристофер Сводер, старший научный сотрудник лаборатории сравнительных социальных исследований НИУ ВШЭ, изучал проблему одиночества. Опираясь на данные Всемирного исследования ценностей, он изучал проблему на примере Москвы и пришел к выводу, что современные горожане вполне могут жертвовать общением ради работы или других, более важных, на их взгляд, целей.
«Одиночество также связано с материальным успехом: люди, достигающие его, меньше ориентированные на традиционные ценности вроде семьи, им ближе короткие знакомства, прагматичные отношения», — говорится в исследовании.
И хотя люди всеми силами стараются убежать от одиночества, включая музыку или телевизор дома, лишь бы не остаться одному, Дмитрий Леонтьев, заведующий лабораторией позитивной психологии НИУ ВШЭ, добавляет:
«Для человека, находящегося на достаточно высоком уровне личностного развития, одиночество может быть ценным ресурсом».
Известное многим выражение о сладостном безделье и восхитительном ничегонеделании — dolce far niente впервые встречается в письмах древнеримского автора Плиния Младшего, датированных между 97 и 109 годами. За все это время веселые и эмоциональные итальянцы довольно преуспели в искусстве наслаждаться свободным временем и сохранять связь с природой. С 2007 года 26 февраля итальянцы со всем миром отмечают Международный день неторопливости, идея которого, кстати, тоже принадлежит им. Надеюсь, нам не потребуется и тысячи лет, чтобы человек начал получать удовольствие от общения с близкими, полноценно отдыхать, жить с удовольствием, готовить и питаться вкусной и правильной едой и заботиться о природе. #осознанность=slow life #
"Когда дети учатся пересекать улицу, им говорят: «Остановись. Посмотри. И иди». Это все. Но как часто мы останавливаемся? Мы мчимся по жизни. Мы не останавливаемся. Мы упускаем эту возможность, потому что не останавливаемся. Мы должны остановиться. Мы должны успокоиться. И мы должны строить знаки остановки в нашей жизни».
Быстрый темп жизни против движения Slow life: что такое «культура замедления», когда она появилась, как связана с буддийской идеей осознанности и эпикурейским призывом Carpe diem.
Мы привыкли, что кофе готовится быстро, такси приезжает за считаные минуты, а полет на другой континент — лишь часть дел из списка на целые сутки. Мы, словно дети, наблюдающие за всемирным ускорением, находимся под воздействием невероятных информационных потоков. Мир, в котором мы оказались, не такой, каким он был предыдущие тысячелетия. Стираются географические и временные границы, меняются ценности, но покоя и счастья не становится больше. И все сложнее справляться с посредственностью нашей эпохи. Почему приятные на первый взгляд достоинства быстрой жизни вызывают отторжение и не находят согласия с человеческой природой? Поговорим о качестве, осмысленности и удовольствии, которые выявляют главный смысл философии «медленной» жизни.
Еда всему виной
Началось все в Италии конца 80-х годов, когда в центре Рима, рядом с Площадью Испании, собрались открывать первый в стране ресторан McDonald’s. Тогда страстный противник быстрого питания, журналист и политический деятель, Карло Петрини в знак неодобрения придумал по-настоящему итальянское решение: организовать на той же площади традиционный прием пищи, где главным блюдом станет паста. В день открытия Петрини и его последователи смело размахивали чашами со спагетти в качестве символа протеста. Демонстрация прошла успешно, но McDonald’s все же появился на площади. Правда, их букву «М» сделали в несколько раз меньше, чем планировали — помогли переговоры с властями.
В том же году Италия пережила «метаноловый скандал». После отравления дешевым некачественным вином из провинции Асти около 30 человек умерли и еще 90 стали инвалидами, потеряв, в основном, зрение. Компания Ciravegna di Narzole добавляла в напиток метанол, чтобы повысить содержание спирта, за что в 1992 году ее владельцы Джованни и Даниэль Чиравенья были приговорены к тюремному заключению. Скандал спровоцировал кризис: на одну треть в год снизился вывоз итальянского вина за границу.
К идеи основать «Международное движение медленной еды» (International Slow Food Movement) Карло Петрини привела необходимость создать организацию, которая отстаивала бы гастрономические традиции всех стран мира. Он верил, что культура и история любого народа берет начало от местной еды, а потому кулинарные традиции и рецепты нужно беречь и хранить.
На первом официальном собрании в 1989 году делегаты из 15 стран подписали Манифест движения. Одними из ключевых принципов стали «качество продуктов и вера в право на удовольствие».
«Скорость заковала нас в кандалы. Мы пали жертвами вируса под названием быстрый темп жизни, который ломает наши обычаи и атакует даже в нашем собственном доме, заставляя питаться едой быстрого приготовления», — говорится в Манифесте.
В документальном фильме «История медленной еды» Карло Петрини признается, что больше всего в фастфуде ему не нравится однообразие: «Эскимос ест то же самое, что и марокканец, а марокканец ест то, что ест житель Стокгольма».
Шутливый образ улитки, выбранный в качестве покровителя и символа «Движения медленной еды», отражает идею о здоровом питании, которое приносит чувственное удовольствие. Но это удовольствие возможно только при медленном наслаждении едой, ее вкусом и неторопливом единении за столом.
По мнению Карло Петрини, сейчас производится достаточно еды, чтобы прокормить всех жителей Земли, но эти запасы распределяются абсолютно неравномерно. Получается, два миллиарда людей пресыщены едой, а еще миллиард голодает. И с этим тоже нужно что-то делать.
Тема пресыщения касается не только вопроса еды. Татьяна Черниговская, российский ученый в области нейронауки и психолингвистики, которая в своих лекциях рассказывает об особенностях работы нашего мозга, указывает на новые проблемы, с которым все чаще сталкивается наше сознание в современном мире:
«Если в Советское время главный вопрос был «где найти литературу?», то сейчас — «куда ее деть, как от нее избавиться?». Большой объем информации, который доступен в наше время, не только нельзя обдумать, но и физически нельзя прочесть».
И что тогда делать?
Время великой жизни
Создатели Slow Food уверены: достаточно узнать, что и как человек ест, и сразу станет ясно, в каком ритме он живет. И, если еда отражает наш образ жизни, то он в свою очередь определяется работой нашего сознания.
Основываясь на идеях медленного и качественного питания, движение Slow Life развивалось под большим влиянием Гейра Бертелсена (Geir Berthelsen), создателя «Мирового института медленности», и Карла Оноре (Carl Honoré), канадского журналиста и автора книг о замедлении ритма жизни.
В 2004 году Карл Оноре выпустил книгу «Похвала медлительности» (In Praise of Slowness), в которой писал:
«Философия медленной жизни — это не делать все по-старому, а стремиться делать все на правильной скорости, наслаждаясь часами и минутами, а не просто подсчитывая их. Делать все как можно лучше, а не настолько быстро, насколько это возможно. Речь идет о качестве по количеству во всем, от работы до еды и воспитания детей».
Американское издание The Washington Post даже обратило особое внимание в книге Оноре на способы освобождения от того, что французский поэт Шарль Бодлер называл «ужасным бременем времени» и «преодолением посредственности своей эпохи». В наше время эти способы просты: сократить время просмотра телевизора, выключать телефон и компьютер всегда, когда это можно сделать, научиться выбирать важное и говорить «нет», чтобы не переполнять собственный график в работе и личных встречах. Но все ли готовы на такие жертвы? Карл Оноре предупреждает:
«Все мы связаны, и если человек решает изменить образ жизни, сделав ее медленнее, нужно принять во внимание то, как это повлияет на окружающих людей. Необходимо предупредить друзей и коллег, объяснив, почему вы собираетесь делать меньше, чаще отключать свои электронные устройства и просить больше времени на выполнение рабочих заданий».
В результате мы относимся внимательнее к своей жизни, которая наполняется спокойствием и ощущением полноты настоящего момента.
Резюмируя философию медленной жизни, норвежский философ и профессор Гатторм Флистад как-то заявил:
«Полезно напомнить всем, что наши основные потребности никогда не меняются. Это необходимость быть замеченным и оцененным. Необходимость принадлежать. Необходимость в близости и заботе, а также в маленькой любви! Это дается только через медлительность в человеческих отношениях. Чтобы осмыслить изменения, нам нужно восстановить медленность, размышление и единение. И так мы действительно возобновим себя».
Здесь остается разобраться, что подразумевается под самым главным понятием — «медлительностью». Гейр Бертельсен, имея степень магистра в области промышленной организационной психологии, на протяжении многих лет работал над категорией «Время», рассматривая ее в качестве концепции и изучая влияние времени на мозг. Это привело его к основанию в 1999 году Мирового института медлительности, который определяет «медлительность» как забытое измерение времени.
«В отличие от хронологического времени, это время нелинейное, время здесь и сейчас, время, которое работает для вас, необычное время. Так зачем быть быстрым, когда можно быть медленным? Медлительность связана с балансом, поэтому, если вы должны спешить, то спешите медленно», — говорится на официальном сайте Института.
Мировой институт медлительности не единственная организация, которая поддерживает движение Slow Life. Среди других американский фонд «Продлить мгновение» (Long Now Foundation), европейское «Сообщество замедления времени» (Society for the Deceleration of Time), «Международный институт неделания слишком много» (International Institute of Not Doing Much), а также японский «Клуб неторопливости» (Sloth Club), который, к слову, рекомендует «стать» ленивцем, подражать некоторым повадкам этого ж
